July 22nd, 2016

"Жизнь наша в старости - изношенный халат..."

Оригинал взят у nmkravchenko в "Жизнь наша в старости - изношенный халат..."






    12 (23) июля 1792 года родился Пётр Вяземский
    _

    Поэзия не любит говорить о старости. О весенних порывах юности — да, о смерти — сколько угодно. А вот старость — это почти табу. Уж очень неаппетитная тема. Открыл её в русской поэзии Пётр Вяземский своим знаменитым стихотворением о халате, который носить уже стыдно, а выбросить — жалко:
    _

    Жизнь наша в старости — изношенный халат:
    и совестно носить его, и жаль оставить;
    мы с ним давно сжились, давно как с братом брат;
    нельзя нас починить и заново исправить.
    _

    Как мы состарились, состарился и он;
    в лохмотьях наша жизнь, и он в лохмотьях тоже,
    чернилами он весь расписан, окроплён,
    но эти пятна нам узоров всех дороже;
    _

    в них отпрыски пера, которому во дни
    мы светлой радости иль облачной печали
    свои все помыслы, все таинства свои,
    всю исповедь, всю быль свою передавали.
    _

    На жизни также есть минувшего следы:
    записаны на ней и жалобы, и пени,
    и на неё легла тень скорби и беды,
    но прелесть грустная таится в этой тени.
    _

    В ней есть предания, в ней отзыв, нам родной,
    сердечной памятью ещё живёт в утрате,
    и утро свежее, и полдня блеск и зной
    припоминаем мы и при дневном закате.
    _

    Ещё люблю подчас жизнь старую свою
    с её ущербами и грустным поворотом,
    и, как боец свой плащ, простреленный в бою,
    я холю свой халат с любовью и почётом.
    _


    101627500_large_4514961_Vyazemskii

    П. А. Вяземский. 1870-е гг.

    _

    Изношенный метафизический халат дорог нам даже пятнами и дырами своими, ибо всё это — наша прожитая жизнь. В этом халате нам подчас тепло и уютно, в нём тоже есть своя прелесть. Хороша старость "бодрая", "с закатом ясным":
    _

    Куда девались вы с своим закатом ясным,
    дни бодрой старости моей!
    При вас ни жалобой, ни ропотом напрасным
    я не оплакивал утраты юных дней.
    _

    Нет, бремя поздних лет на мне не тяготело,
    ещё я полной жизнью жил;
    ни ум не увядал, ни сердце не старело,
    ещё любил я всё, что прежде я любил.
    _

    Не чужды были мне налёты вдохновенья,
    труд мысли, светлые мечты,
    и впечатлительность, и жертвоприношенья
    души, познавшей власть и прелесть красоты.
    _

    Но — недуги, болезни, страдания, тяготы жизни уничтожают прежнего человека, то лучшее, что в нём было:
    _

    И ум, и сердце исхудали;
    побит морозом жизни цвет.
    Того, которого вы знали,
    того уж Вяземского нет.
    _

    Есть разве тёмное преданье
    о светлой некогда судьбе,
    на хладном гробе начертанье,
    поминки по самом себе.
    _

    "Себя, живой мертвец, переживаю я", — пишет Вяземский, предвосхищая "Пляски смерти" Блока. Поэт ждёт избавления от постылого, затянувшегося существования, а смерть запаздывает, обманывает его ожидания.
    _

    Свой катехизис сплошь прилежно изуча,
    вы бога знаете по книгам и преданьям,
    а я узнал его по собственным страданьям
    и, где отца искал, там встретил палача.
    _

    Вот чем я промыслом на старость награждён,
    вот в чём явил свою премудрость он и благость:
    он жизнь мою продлил, чтоб жизнь была мне в тягость,
    чтоб проклял я тот день, в который я рождён.
    _

    Как неприглядна старость! Почему человек не увядает так же красиво и поэтично, как цветок?
    _

    Зачем не увядаем мы,
    когда час смерти наступает,
    как с приближением зимы
    цветок спокойно умирает?
    _

    К нему природы благ закон,
    ему природа — мать родная:
    ещё благоухает он,
    ещё красив и увядая.
    _

    Его иссохшие листки
    ещё хранят свой запах нежный,
    он — дар нам памятной руки
    в день слёз разлуки безнадёжной.
    _

    Его мы свято бережём
    в заветной книге дум сердечных,
    как весть, как песню о былом,
    о днях, так грустно скоротечных.
    _

    Для нас он памятник живой,
    хотя он жизнью уж не дышит,
    не вспрыснут утренней росой
    и в полночь соловья не слышит.
    _

    Как с другом, с ним мы говорим
    о прошлом, нам родном и общем,
    и молча вместе с ним грустим
    о счастье, уж давно усопшем.
    _

    Полностью текст на эту тему читать здесь
    _