nmkravchenko (nmkravchenko) wrote,
nmkravchenko
nmkravchenko

Больничное

 








***

Кончаясь в больничной постели...

Б.Пастернак


Что сказать ей, чтоб её утешить?

Все слова, тут сказанные — зря.

В доме тех, кого собрались вешать,

о верёвке вслух не говорят.


И какие — голову ломала -

взять цветы, которыми согреть,

чтоб ничто ей не напоминало

смерть?


Непосильным было это бремя.

Неуместны книги и пирог.

Малодушно я тянула время,

прежде чем шагнуть через порог.


Нет, не откупиться этой данью.

Не суметь сыграть мне эту роль.

Будет страшен лик её страданья,

боль.


Солнца луч, блеснувший, словно скальпель,

озарил сосулек хоровод.

Жизнь застыла той последней каплей,

что сорвётся, кажется, вот-вот.


Я в лицо опавшее глядела,

пряча слёзы, подавляя вздох,

и понять мучительно хотела,

где же Тот, кому до нас нет дела -

Бог?!


Памяти А.Ханьжова


У меня есть яблоня любимая в саду.

Каждый год я в передачах яблок жду.

Как обычно, не привозит их никто.

Забывают всегодично, но зато

каждой осенью в чахоточном бреду

я по саду урожайному бреду.

То ли с неба дождик, то ли слизь...

Яблоня любимая, дождись!

А. Ханьжов


Она тебя не дождалась...

Плоды протягивает: «Встань же!»

О, я бы накормила всласть,

когда б стихи прочла те раньше.


Прими хотя бы этот стих

взамен румяных сочных яблок,

чтоб там, где ты навеки стих,

душа твоя не очень зябла.


В петле запутавшихся троп

мы все — судьбы марионетки.

Как тяжкий ком земли о гроб -

стук яблок, падающих с ветки.


В больнице


Чур, зараза, не тронь меня!

А болезнь не из лёгких:

у меня двустороннее

воспаление лёгких.


Здесь никто мы не женщины.

Лица серы, халаты.

Жизнь вселенной уменьшена

до размеров палаты.


Я живу серой мышкою,

превратилась в урода.

Подружилась с одышкою

и кровавой мокротой.


От снотворных флегматики,

каждый — шизик и хроник.

Все больные — астматики,

я одна — с двусторонним.


Не хватает им воздуха

и — распахнуты окна.

Мне от кашля нет роздыха,

я в испарине мокну.


Над знахарскими фразами

моя хворь лишь смеётся.

Ни уколам, ни лазеру,

как варяг, не сдаётся.


Всё в груди словно выжжено,

а окно — как бойница.

Я не знаю, как выжила

в этой адской больнице.


***

В реанимации лежала,

не зная толком, почему.

Какая хворь мне угрожала,

необъяснимая уму.


Братва больничная сбегалась

на крик мой дикий по ночам,

заведующая ругалась,

а я не знала, что врачам


ответить... Разрастались сплетни.

Смотрели, как сквозь окуляр.

Дивились из палат соседних

на уникальный экземпляр.


Больница в стены мне стучала.

Никто не в силах был понять.

А то душа моя кричала,

и крик тот было не унять.


***

Я стучу в себя, как в стену:

«Как ты? Всё ещё жива?»

То рукой себя задену:

ноги, плечи, голова -


всё на месте, но не светит

никому душа моя.

Не твоя, ничья на свете,

и сама я не своя.


Может быть, сходить в горсправку?

Вынув несколько монет,

на себя подать заявку -

есть такая или нет?


Сердце тукает слепое.

Я вникаю в свой недуг.

Словно в камере — с собою

осторожный перестук.




Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments