Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

"Я только жизнь: люблю - и существую!

 






5 июня 1898 года родился Федерико Гарсиа Лорка.
_


_

Его называли «солнечным юношей», для которого жизнь была «радостью вопреки всему» и который однако каждый час, каждую минуту ощущал рядом свою смерть.
_

О шепоток любви глухой и темной!
Безрунный плач овечий, соль на раны,
река без моря, башня без охраны,
гонимый голос, вьюгой заметенный!
_

О контур ночи четкий и бездонный,
тоска, вершиной вросшая в туманы,
затихший мир, заглохший мак дурманный,
забредший в сердце сирый пес бездомный!
_

Уйди с дороги, стужи голос жгучий,
не заводи на пустошь вековую,
где в мертвый прах бесплодно плачут тучи!
Не кутай снегом голову живую,
сними мой траур, сжалься и не мучай!
Я только жизнь: люблю - и существую!
_

Сонеты тёмной любви»)
_

Читать дальше...

"Не живут такие в миру"

 






Сегодня — 11- ая годовщина смерти Бориса Рыжего. 7 мая 2001 года он своевольно ушёл из жизни.
_
_


Я ушел навсегда, но вернусь, однозначно —
мы поедем с тобой к золотым берегам.
Или снимем на лето обычную дачу,
там посмотрим, прикинем по нашим деньгам.
_

Станем жить и лениться до самого снега.
Ну, а если не выйдет у нас ничего —
я пришлю тебе, сын, из Голландии Lego,
ты возьмешь и построишь дворец из него. -
_

это из стихотворения Рыжего, адресованного сыну — семилетнему Артёму.

Таким он был в жизни:
_


_


_

_

Недавно в московском Литературном институте проводился письменный опрос: кого вы больше всего любите в современной поэзии? Три четверти отвечавших, все будущие поэты, написали: Бориса Рыжего. Ответ тем более примечательный, что Рыжий, чья жизнь оборвалась в 2001 году, в 26 лет, был абсолютно далек от самодовольного мирка модных московских авторов.

В театре "Мастерская Петра Фоменко" недавно состоялась премьера спектакля "Рыжий". Вот на этих видеокадрах вы увидите Бориса Рыжего живым. И мёртвым.

http://vd.reborn.ru/?a=watch&id=39660

Я писала о нём здесь.

Вологодская трагедия







19 января 1971 года умер Николай Рубцов. Сейчас ему могло бы быть 79.
_


_

Он не дожил не только до этой даты, но даже до пушкинского возрастаэтой роковой черты в судьбах многих поэтов и погиб в 35 лет страшной, нелепой смертью.
_

До конца, до тихого креста
Пусть душа останется чиста!

Перед этой желтой, захолустной
Стороной березовой моей,
Перед жнивой пасмурной и грустной,
В дни осенних горестных дождей,

Перед этим строгим сельсоветом,
Перед этим стадом у моста,
Перед всем старинным белым светом
Я клянусь: Душа моя чиста.

Пусть она останется чиста
До конца, до смертного креста!
_

_

Критика видела в Рубцове главным образом трубадура славянофильства, чистокровного «деревенщика», «есенинскую косточку», представителя отряда «тихих лириков», противостоящих «эстрадной» поэзии. Творчество поэтов часто у нас идеологизируется и, как знамя, берётся на вооружение теми или иными группировками в поэзии. Мне хочется снять с Рубцова приклеенные к нему ярлыки и показать его подлинное поэтическое лицо, без прикрас и сусальной позолоты, ибо этот поэт, на мой взгляд, не укладывается в однозначные схемы и гораздо многогранней, нежели просто иллюстрация к какому-то литературному направлению или идеологической конструкции.

Профессиональная деятельность Рубцова длилась недолго, всего шесть лет, он не успел обрести творческой зрелости, многое в его стихах несовершенно. В них нетрудно обнаружить неточные, случайные, банальные строчки. Но стихи эти привлекают тем, что в них нет искусственности, фальши, сделанности, а есть ощущение самородности, нерукотворности стиха. Георгий Свиридов писал о нём: «Это настоящий народный поэт, русский по непридуманности, по неизобретательности самой поэзии. Какие-то живые куски, оторванные от сердца...»

Сам Рубцов так сказал о себе:
_

Строптивый стих, как зверь страшенный,
горбатясь, бьётся под рукой.
Мой стиль, увы, несовершенный,
но я ж не Пушкин, я другой...
_

Да, он не Пушкин, и не Байрон, и вообще не самый лучший поэт. Но есть слова, которые было дано сказать только ему...
Read more...

"Я один... и разбитое зеркало"


 





_

28 декабря 1925 года повесился Сергей Есенин.

В сентябре, в день рождения поэта я уже писала о нём: http://nmkravchenko.livejournal.com/41139.html

Сейчас мне хотелось бы вспомнить некоторые моменты его биографии, послужившие поводом к написанию моих любимых строчек поэта, те страницы жизни, которые остались за кадром в предыдущем посте. Хотелось бы также поразмышлять о последних «есенинских» фильмах и о версиях его смерти. Read more...

"Смерти, смерти я прошу у неба..."








_
Сегодня день памяти Николая Некрасова, великого поэта земли русской.
8 января (27 декабря) 1878 года перестало биться его сердце.

Я уже рассказывала о нём к недавнему 190-летию Некрасова в двух постах:

«Я призван был воспеть твои страданья, терпеньем изумляющий народ...»: http://nmkravchenko.livejournal.com/49515.html и

«Два лика Некрасова»: http://nmkravchenko.livejournal.com/49747.html

Сегодня я хочу остановиться на последней странице его жизни. Ведь смертьэто тоже своего рода произведение поэта, и без неё его творческий портрет был бы неполным. Read more...

"Сильнее смерти и страха смерти"







 

Сегодня, 3 декабря — 85 лет со дня смерти Галины Бениславской.
_


_

Мы любим и почитаем великих женщин-поэтов: Марину Цветаеву, Анну Ахматову, Беллу Ахмадулину. Мы восхищаемся великими женщинами — музами поэтов, вдохновлявшими их на шедевры бессмертной лирики: от Лауры и Беатриче — до Любови Менделеевой и Лили Брик. Но сегодня мне хочется вспомнить ещё одну великую женщину, которая не писала стихов и не была ничьим объектом вдохновения, но которая гениально умела любить. Это была она, та самая, «одна на миллион». Которая «сильнее смерти и страха смерти».  Read more...

"Но жаль того огня..."




 


_
3 декабря 1892 года умер Афанасий Фет.
_

_
Что такое в сущности поэзия? Это жизнь, какой она бывает в лучшие мгновения, неважносчастливые или печальные, радостные или трагические, когда душа живёт в полную силу. Это то, что поэт вытаскивает нам из огня, в котором сгорают наши дни. Жизнь нашего духа.
_
Не
жизни жаль с томительным дыханьем,
Что жизнь и смерть? А жаль того огня,
Что просиял над целым мирозданьем,
И в ночь идет, и плачет, уходя.
_

Это из стихотворения «Далёкий друг, пойми мои рыданья...». Л. Толстой писал Фету о нём: «Если оно когда-нибудь разобьётся и засыплется развалинами, и найдут только отломанный кусочек, то и этот кусочек поставят в музей и по нему будут учиться». С этого стихотворения начался для меня Фет. И по сей день сердце замирает, встречая:
_

...Кто скажет нам, что жить мы не умели,
Бездушные и праздные умы,
Что в нас добро и нежность не горели
И красоте не жертвовали мы?

Где ж это всё? Ещё душа пылает,
По-прежнему готова мир объять.
Напрасный жар! Никто не отвечает,
Воскреснут звуки — и замрут опять.

Лишь ты одна! Высокое волненье
Издалека мне голос твой принёс.
В ланитах кровь, и в сердце вдохновенье —
Прочь этот сон, — в нём слишком много слёз!


Не жизни жаль с томительным дыханьем,
Что жизнь и смерть? А жаль того огня,
Что просиял над целым мирозданьем,
И в ночь идёт, и плачет, уходя.
_

Фетэто, пожалуй, самый таинственный поэт в истории российской словесности. Его появление на свет окутано таким же мраком, как и уход из жизни. Никто не ведает ни точной даты его рождения, ни имени его настоящего отца. Споры об этом ведутся и поныне. Как и о его кончине: была ли это естественная смерть или самоубийство.
Read more...

"Я тяжкую память твою берегу..."






26 октября 1932 года застрелилась Ольга Ваксель.

_

_
Остались пять бессмертных стихотворений с посвящением ей и заметкой Ахматовой
на полях рукописи - книги: "Кто такая Ольга Ваксель мы не знаем..."

Ольга Ваксель – адресат пяти стихотворений Осипа Мандельштама: «Жизнь упала как зарница...», «Я буду метаться по табору улицы тёмной...», «На мёртвых ресницах Исакий замёрз...», "Я скажу тебе с последней прямотой", «Возможна ли женщине мёртвой хвала?...»

Ольга Ваксель и сама писала стихи. Правда, Мандельштам не знал об этом — она их ему — да и никому — не показывала.

Есть в судьбе этой незаурядной и красивой женщины какая-то загадка, что-то недосказанное и недопонятое, какой-то разительный, ошеломляющий контраст между её жизньюдля всех и её стихамидля себя самой.

Историю знакомства с человеком, сделавшим бессмертным ее имя, Ольга включала в число своих неурядиц. Страницы ее мемуаров, посвященные Мандельштаму, полны горечи и сарказма. Читайте дальше:
http://www.liveinternet.ru/users/4514961/post190208591/
_

ЭПИЛОГ

_

«Я тяжкую память твою берегу»

_

После самоубийства Ольги Христиан сильно заболел и через год умер от сердечного приступа. До конца жизни его мучил один вопрос: почему??? Он написал матери Ольги странную фразу, что скоро последует за ней. И действительно через короткое время в одночасье умер. От разрыва сердца. В 31 год.

Незадолго до смерти Ольга надиктовала мужу воспоминания о своей жизни. Можно было представить, каково Христиану было записывать иные из её откровений. Это было похоже на исповедь. Ольга рассказывала ситуации, одну рискованнее другой, а он должен был не поднимать головы и не отрывать пера от бумаги.



Вистендаль демонстрировал замечательное терпение. Наверное, ему не раз хотелось взбунтоваться, сказать, что он не хочет иметь ничего общего с ее прошлым, но он выполнил свою роль до конца. (Поправки сделаны рукой Ольги)

Осип Мандельштам узнал о смерти Ольги только через два года. Он шёл по улице, его остановил знакомый и рассказал, что Ольга умерла от болезни сердца. О её самоубийстве тогда ещё никто не знал. Поэт был сражён этим известием. На смерть Ольги Ваксель О. Мандельштам отозвался стихотворением, полным горечи, нежности
и благоговения:
_

_

Возможна ли женщине мёртвой хвала?
Она в отчужденьи и силе, —
Её чужелюбая власть привела
К насильственной жаркой могиле.
_
И твердые ласточки круглых бровей
Из гроба ко мне прилетели
Сказать, что они отлежались в своей
Холодной стокгольмской постели.
_

И прадеда скрипкой гордился твой род,
От шейки её хорошея,
И ты раскрывала свой  аленький рот,
Смеясь, итальянясь, русея...
_

Я тяжкую память твою берегу,
Дичок, медвежонок, Миньона.
Но мельниц колёса зимуют в снегу
И стынет рожок почтальона.
_

«Ее чужелюбая власть привела / К насильственной жаркой могиле» О.В. была кремированажаркая могила»). Уход из жизни был задуман, по-видимому, достаточно давно. В Осло она сама выбрала для себя крематорий (их рядом находится два). Самоубийство Маяковского в 1930 года произвело на нее сильное впечатление, и не его ли примеру она последовала?
«Твердые ласточки круглых бровей»рисунок бровей Ольги был четким и напоминал, может быть, действительно длинные крылья ласточек, хотя ее брови не были круглыми.
«В холодной стокгольмской постели»место смерти Ваксель было сообщено поэту, по-видимому, ошибочно. «Медвежонок»в детстве Ольга никогда не играла в куклы, а только с мягкими и «ласковыми» плюшевыми мишками, сравнение с которыми выражало особенно нежное выражение к кому-нибудь. «Миньона»Мандельштам назвал так возлюбленную за ее постоянную тоску по солнцу и югу. «Но мельниц колеса зимуют в снегу / И стынет рожок почтальона». Смысл этих строк ясен: передвижение невозможно, деятельность под запретом, писем ждать неоткуда, - жизнь замерла.
Вспоминая О. Ваксель во «Второй книге», Н.Я. Мандельштам выговорила: «...музыка была в ней самой». Именно выговорила, а не произнесла: уж как неприятна ей соперница, едва не разлучившая ее с мужем, но она все же признавала ее правоту.
Впрочем, первым музыку услышал Мандельштам. В стихах, посвященных Лютику, ее становится все больше и больше. В первых двух она возникает однажды: «И били в разрядку копыта по клавишам мерзлым», а в последних неоднократно: тут и «прадеда скрипка», и «рожок почтальона», и «Шуберт в шубе».
Смерть Ольги стала для Мандельштама чем-то вроде конца мелодии. И остановившиеся колеса, и умолкший рожок, все вместе это обозначало, что больше мы никогда не услышим мелодию, которую эта женщина несла в себе.

В стихотворении «Возможна ли женщине мертвой хвала?» происходит своего рода переселение душ: Ольга покидает могилу для того, чтобы продолжить жизнь в памяти поэта.
«Я тяжкую память твою берегу» - эти слова мог бы произнести ещё один человек. Это сын Ольги Ваксель Арсений Арсеньевич Смольевский. Тот самый мальчик, который быстро промелькнул в стихотворении О.Э. Мандельштама, посвященном его матери:
_

Как дрожала губ малина,
Как поила чаем сына,
Говорила наугад,
Ни к чему и невпопад._
_

История своей жизниглавное наследство, которое Ольга-Лютик оставила сыну вместе с толстой пачкой стихов и воспоминаний. Словно дала ему поручение: разбираться в непростых поворотах ее судьбы, заполнять лакуны и устранять недоговоренности. Этим Смольевский и занимался многие годы: старался ничего не забыть, не упустить ни одной подробностиЧасами склонялся над документами, устанавливал связь явлений.
В любой ситуации Арсений Арсеньевич занимал сторону матери. С его точки зрения она была всегда права: даже тогда, когда оставила его, девятилетнего, на попечение бабушки, а сама с новым мужем уехала в Норвегию. Больше всего его мучило: почему его мать, такая красивая и одаренная, решила уйти из жизни? Так почему? Почему же?!.. Свою последнюю статью он завершил сетованием: вряд ли когда-нибудь мы сможем что-то узнать.
Немало энергии Арсений Арсеньевич отдал тому, чтобы опубликовать стихи своей матери. Несмотря на все усилия, особенно много сторонников у него не появилось. Публикация в ленинградском «Дне поэзии» общей ситуации не изменила: Ольга Ваксель по-прежнему оставалась неизвестной поэтессой. Он даже замахнулся на что-то вроде академического изданияв него должно было войти все, что написала его мать. Это стало главным для него делом в последние годы. Он принялся писать комментарии, составлять летопись её жизни… Работа была очень большая, и она не
прерывалась ни на один день.


 


Непросто быть наследником и биографом. Одновременно надеешься на разгадку – и боишься ее. Если стремишься к точности, то до какого-то предела. «Есть в близости людей заветная черта...» - писала Ахматова. После смерти Арсения Смольевского в 2003 году исследователи жизни и творчества Ваксель с досадой и недоумением обнаружили, что его публикации значительно расходились с текстом оригинала. Кое-что из ее мемуаров он просто вычеркнул. Многие откровения о её отношениях с мужчинами. Те страницы, где она, по его мнению, говорила о себе лишнее. Выбросил то, что она могла пить стаканами, – уж это точно было выше его сил.
«Никакое, самое безусловное сыновье чувство, не может оправдать этих вторжений. Ведь прошлое – это то, что прошло. К чему мы должны стараться приблизиться, но не имеем права присвоить», - пишет А. Ласкин. Оправдать нельзя. Понять можно... 
В доме у сына Ольги Ваксель полностью сохранился ее архив, позволяющий реконструировать ее жизнь. Здесь есть и стихи, и мемуары, и фотографии...
На основе этих материалов в 2003 году на телевидении была сделана передача о Мандельштаме и Ольге Ваксель «
Больше, чем любовь». (Тогда я и подготовила свою первую лекцию о них: «Заресничная страна», которую читала в библиотеке). А в репертуаре творческого объединения «Театр плюс», Театр «Картонный дом», есть спектакль «Ангел, летящий на велосипеде» — по документальной повести Александра Ласкина об Осипе Мандельштаме и Ольге Ваксель.
_

_

В этом году выходит книга этого же автора «Возможна ли женщине мёртвой хвала?...»  «Тяжкую память» об Ольге Ваксель - адресате лучших любовных стихотворений Осипа Мандельштама хранят — и будут хранить — читатели грядущих поколений.

В подготовке этого текста использованы материалы Александра Ласкина, Арсения Смольевского, Гургена_Акопяна, Валентина Антонова, Светланы Макаренко, журнала «Литературная учёба», 1991, № 1, АиФ Петербург, № 47 (484) от 20 ноября 2002 г.