Category: природа

Category was added automatically. Read all entries about "природа".

"Я не хотел бы умереть весной..."





 

18 марта 1996 года умер Лев Озеров, поэт, литературовед, переводчик, мемуарист, педагог.
_


_

Я не хотел бы умереть весной,
Когда сирень цветёт неудержимо,
Когда в бездонном небе надо мной
Седые льдинки проплывают мимо...
_
Он умер весной, прожив долгую, интересную, нелёгкую и плодотворную жизнь.
_

Дождь в декабре, как любовь под старость,
Как-то не вовремя, что-то не так...
Усталость? Нет, не сказать, чтоб усталость.
Странность? Или попал впросак?
_
Поздней любви звучит заклинанье:
Кто ты такой, кто ты такой?
Снова свиданье, снова признанье,
Снова смятенье и непокой.
_
Как совпадают: час непогоды,
И горевое житьё-бытьё,
И неурочное время природы -
Запоздалое время моё...
_

_
С трепетом перечитываю его письма. Одно из них, от 5 февраля 1995 года, заканчивалось так: "Хочу загодя поздравить Вас с наступающей чередой предвесенних и весенних праздников. Будьте здоровы и счастливы в Вашем понимании этого таинственного слова".

Я знала его лично и писала о нём здесь:

"Талантам надо помогать..." Часть первая.

«В поисках босой радости» Часть вторая.

"Домолчаться до стихов". Часть третья.

"На расстоянии души". Часть четвёртая.

Последние стихи Льва Озерова. Окончание.

Лев Озеров. «В поисках босой радости» Часть вторая

Мы с мужем познакомились со Львом Адольфовичем в 1994 году. Вернее, лично познакомился Давид, а я с ним позже переписывалась. Летом того года муж зашёл в редакцию "Книжного обозрения" по своим издательским делам и встретил там Льва Озерова. Они разговорились, Давид показал ему рукопись моего второго сборника стихов, Озерову многое там понравилось, и он сказал: "Это обязательно надо поддержать". Позже он написал предисловие к моей книге. Привожу его полностью:

Лев Озеров                                              



В поисках босой радости
Предисловие к сборнику “В логове души” –
Саратов, “Валёр”, 1994 








Некогда мы услышали произнесённые не без гордости слова:


Я лирик по складу своей души,
по самой строчечной сути.


Произнёс эти слова Николай Асеев. Может их повторить и Наталия Кравченко, книгу которой читатель держит перед собой.


Среди сотен обозначений лирики наиболее близкой к сути представляется мне такое: дневник на уровне исповеди, исповедь на уровне дневника. Непременное условие существования лирики - искренность. О ней не говорят. Она подразумевается. Без искренности не может быть и речи о лирике. В лучших случаях искренность достигает полной душевной распахнутости, целостного и по-своему безжалостного раскрытия индивидуальности.


Дом заброшен, зола остыла,
лишь трава-бурьян между плит.
Но пробился росток в пустыне.
Он живой ещё. Он болит.


Всего четыре строки из стихотворения Наталии Кравченко "Живое", и вам нежданно-негаданно открывается воспалённый, можно сказать, болевой мир существования. Заброшенный дом, зола, бурьян-трава, росток. Это легко перенести на полотно. Это словесная графика. Но только поэзия может двумя короткими фразами передать настроение: "Он живой ещё. Он болит". Это уже не только о ростке. Автор не предлагает какой-либо разгадки. Но вы и без того всё чувствуете. Я не обмолвился, чувствуете. Это важно для характеристики автора книги: сфера чувствования, точнее, чувствований - это сфера Наталии Кравченко. Она проявляется подчас в сфре быта, в, казалось бы, несущественных его подробностях:


Сердце в латах. Дом в заплатах.
Муж запущен, пёс забыт.
О плюгавый и заклятый,
укатавший Сивку быт!


Месяц щурится ущербно,
ухмыляясь в темноте.
свет неясный и неверный,
дело к ночи, быть беде...


Ничего не скажешь - густопсовый быт, из досадных и убийственных подробностей  которого складывается бытие и - с большой буквы - Бытие. Вот так творится настроение, чувствование, восприятие. Именно в этих условиях живёт душа, не только живёт, но и растёт. В том же стихотворении:


О душа моя каплунья,
возродишься ли, вопя,
словно месяц в полнолунье,
дорастая до себя?


Да, надо дорасти до себя. Это трудно. Но душа этим и жива. Дорасти до себя так же, как "домолчаться до стихов", как писала наша славная современница Мария Петровых.


                          Продолжение здесь